Застывшая музыка 1.0.

Musical_Stave_by_dcamacho

 Архитектура — это застывшая музыка.
Фридрих Вильгельм Йозеф Шеллинг
(«Лекции по философии искусства», 1842)

В этом высказывании, ставшем крылатым — обличённый в слова душевный трепет, возникающий при виде истинных шедевров архитектуры. Гёте, которому порой приписывают авторство данного афоризма, воплотил его в стихотворной форме в незабвенном «Фаусте»:«Звучит триглиф, звучат колонны, свод, / И дивный храм как будто весь поёт.» Возвышенные мелодии готики, витиеватый музыкальный орнамент барокко, обволакивающий джаз небоскребов стиля ар-деко, додекафония конструктивизма, футуристическое звучание современных зеркальных построек. Музыка линий и деталей.   Покалывание на кончиках пальцев при прикосновении к стенам, пропитанным временем, хранящим голоса случайных прохожих. Ветер, поющий в слуховых окнах и трещинах стен. Музыка невидима, архитектура молчалива. В этой статье мы увидим как музыка превращается в архитектуру, а здания начинают петь.

architecture-music

Музыка – архитектура звуков; это пластическое искусство, которое формует вместо глины вибрации воздуха.
Французский композитор Камиль Сен-Са́нс

Если рассматривать архитектуру как вид искусства, абстрагируясь от её функционально-утилитарного назначения, то между ней и музыкой, действительно, можно найти много общего. Архитектура и музыка идут в ногу со временем и техническим прогрессом, претерпевая в ходе истории стилистические преобразования, меняя форму и характер, отражая в себе настроения, перемены в обществе.  Архитектура, как и музыка, шествует сквозь вечность, нацеленная вызвать у зрителя/слушателя эмоциональный отклик, сохраняя в себе посыл своего создателя, с каждой деталью/нотой раскрывая свои потаённые смыслы. Интуитивные ощущения  наблюдателя и слушателя во время восприятия перерождаются в субъективную интерпретацию метафоричности произведения.

Ночной город как эквалайзер

Ночной город как эквалайзер

Но некоторые архитекторы создают постройки с довольно прямыми метафорами, не оставляющими свободы фантазии. Таков Piano House, построенный в городе Хуайнань китайской провинции Аньхой по проекту студентов архитектурного факультета Хефейского технологического университета. Здание выполнено в форме фортепиано с прислонённой к нему виолончелью. Самое забавное, что здание, так откровенно заявляющее своими архитектурными объемами о музыке, к самой музыке отношения совершенно не имеет —  в нём  располагается выставочный центр городского планирования. Инструменты замерли в ожидании музыкантов. Я слышу только звенящую тишину.

Piano House

Piano House

Когда я вижу архитектуру, которая волнует меня, я слышу музыку в своём внутреннем ухе.
Архитектор Фрэнк Ллойд Райт

Так же стоит отметить тесную связь рассматриваемых искусств с религией. Музыка всегда была важнейшей частью религиозного культа, являясь эстетическим оформлением идей, провозглашаемых церковью. И если у музыки с религией связь тесная, то у архитектуры — неразрывная. Собор в Европейской культуре всегда был центром жизни города, обителью Бога на Земле. Примером служит величественно звенящий и одухотворённый Готический стиль, который наиболее ярко проявился именно в культовых постройках, олицетворяя стремление к единению с создателем. Трудно представить готический собор вне симбиоза с органной музыкой и ангельскими голосами церковного хора.

Собор Святого Вита, Прага (Чехия)

Собор Святого Вита, Прага (Чехия)

Произведения  Баха (Johann Sebastian Bach), одного из величайших «архитекторов» музыки многие ассоциируют именно с готическими сооружениями. Согласно утверждению философа Освальда Шпенглера (Oswald Spengler) музыка контрапункта композитора тождественна конструкциям готических сводов. А Альберт Эйнштейн, привлеченный архитектоникой композиций Баха, ассоциировал её не только с устремлённым ввысь, образом готического собора, но и с логикой математических конструкций.

Готический собор — весь музыкальный порыв к бесконечности. Музыкой бесконечности дышит взлет его башен, музыкой бесконечности бег пилястр от главного входа к далёкому алтарю. Пространство под сводами готического собора дышит желанием разомкнуть эти своды, раздвинуть стены и слить свое дыхание с божьим дыханием единого бесконечного пространства. Своды готического собора живут предчувствием той контрапунктической музыки, что со временем вознесется к ним и замрет под ними.
Из книги  «Освальд Шпенглер и Закат Европы » Степун Ф.А

Структуры, лежащие в основе этих искусств — повторяемость, подобие, симметрия. Музыка основана на чередовании звуков различной высоты и продолжительности, как и архитектура строится на чередовании элементов. Понятия  «ритм» и «метр», создающие определённый порядок, гармонию и выразительность, присущи и музыке, и архитектуре. Мелодия — это упорядоченность звуков во времени, архитектурная композиция — пространственная упорядоченность форм.

Что такое ритм? Он заключен в выборе точек на  определенной оси, в частности, оси  времени. Эти  точки  –своеобразные километровые столбики вдоль дороги. То же самое и в архитектуре,– например, с фасадом. И игра на фортепиано – это тоже архитектура.  Звучание  нот  определяется  временем и пространством. …Между музыкой и архитектурой есть соответствие.
Архитектор и композитор Якис Ксенакис

Ритм колонн галереи монастыря Св. Марии,Каталония/ Ритм в музыке

Ритм колонн галереи монастыря Св. Марии,Каталония/ Ритм в музыке

Архитектура и музыка — сестры, и та, и другая создают пропорции во времени и в пространстве… Обеим присущи материальное и духовное начала: в музыке мы находим архитектуру, в архитектуре — музыку.
Архитектор Ле Корбюзье.

И если уж мы начали говорить о гармонии и математике, то стоит упомянуть золотое сечение  — высшее проявление структурного совершенства целого и его частей, которое лежит в основе гармонии мироздания. Опираясь на последовательность Фибоначчи, золотое сечение описывает отношение между двумя пропорциями, равное 1:1.61, и именно это соотношение вызывает в нас ощущение соразмерности. Термин ввёл Леонардо да Винчи, его же авторству принадлежит знаменитый Витрувианский человек, представляющий собой графическое изображение канонических математических пропорций тела человека, созданного природой на основе золотого сечения. Золотое сечение использовалось в строительстве шедевров архитектуры, начиная с Египетских пирамид в Гизе, но наиболее ярким примером является жемчужина античной архитектуры Парфенон.

Золотое сечение в пропорциях Парфенона (Афины)/ Осовремененный Витрувианский чкловек

Золотое сечение в пропорциях Парфенона (Афины)/ Осовремененный Витрувианский человек

Увидеть Архитектуру по проектам то же, что услышать Музыку по нотам.
Архитектор Константин Мельников

Золотое сечение не чуждо и музыке. В 1925 году искусствовед Л.Л.Сабанеев проанализировал огромное количество музыкальных произведений выдающихся композиторов и пришёл к заключению, что большинство композиций можно разделить на части по теме, по интонационному или ладовому строю, которые находятся между собой в соотношении золотого сечения. У Бетховена, Бородина, Моцарта, Гайдна, Скрябина, Шопена, Шуберта и Аренского золотые сечения обнаружены в 90%, написанных ими произведений. В классических произведениях обычно присутствует не одно, а целая серия подобных сечений, каждое из которых отражает качественный скачок в развитии темы или кульминацию. Благодаря осознанному или интуитивному использованию золотого сечения, музыкальное сочинение приобретает особую стройность. Золотое сечение так же применяется в конструировании некоторых музыкальных инструментов. Так  Антонио Страдивари использовал его принципы для определения мест f-образных вырезов на корпусах своих великолепных скрипок.

ваыааааа

Каждое пространство имеет свое звучание. Музыкальные инструменты одновременно красивы и функциональны – и такой должна быть архитектура, ведь она создает инструменты для повседневной жизни. А целый город, в свою очередь, производит звуки, подобно огромному оркестру.
Из интервью с архитектором Даниэлем Либескинндом

Даниель Либескинд (Daniel Libeskind) в юности выбрал в качестве инструмента аккордеон и стал профессиональным музыкантом, но впоследствии предпочёл заниматься архитектурой и воплотился в одного из самых значимых зодчих постмодернизма. В построенных им зданиях из стекла и бетона сконцентрировались ритм, темп, акустика, вибрация, характерные и для музыки, которые архитектор виртуозно и мастерски использует. Нередко он признаётся в том, что на проекты его вдохновляют музыкальные произведения. Так проект Еврейского музея в Берлине ( Jewish Museum Berlin) возник под впечатлением от оперы «Моисей и Аарон» Арнольда Шёнберга (Arnold Schoenber). Либескинд считает, что музыка, как и архитектура, в первую очередь является эмоциональным опытом и обращена к глубинам души.

Я не думаю, что создавал бы архитектуру, если бы не был музыкантом. При работе над проектом здания необходимо создать ряд рисунков — точно так же, как в музыке написать партитуру. В сущности, я никогда не бросал музыку. Что ты делаешь в первую очередь как архитектор? Слушаешь место! Нужно услышать его звучание, войти в резонанс с его вибрацией. Я считаю, что я не бросил музыку, а только поменял инструмент.
Из интервью с архитектором Даниэлем Либескинндом

Еврейского музея в Берлине ( Jewish Museum Berlin) , архитектор Даниель Либескинд

Еврейский музей в Берлине ( Jewish Museum Berlin) , архитектор Даниель Либескинд

Талантливый и самобытный Янис Ксенакис (Iannis Xenakis)«композитор архитектурных форм» — так же соединил в себе ипостаси композитора и архитектора, проиллюстрировав возможность симбиоза этих видов искусств. Его новаторские идеи сочетают в себе абстрактно-логическое мышление математики, пространственные принципы архитектуры и музыкальную образность.

Хотим мы этого или нет, но между архитектурой и музыкой существует мостик. Он основывается на наших психических структурах, которые в обоих случаях одинаковы. Например, композиторы используют симметрические построения, которые существуют и в архитектуре… При проектировании павильона «Филипс» я заимствовал идеи из оркестровой музыки, которую сочинял в то время.
Из интервью Я. Ксенакисом  в «Курьер Юнеско» (май 1986 года)

Павильон фирмы Филипс для Международной выставки в Брюселле (1958). Воплощение и развитие архитектурной идеи. Янис Ксенакис

Павильон фирмы Филипс для Международной выставки в Брюселле (1958). Воплощение и развитие архитектурной идеи. Янис Ксенакис

Ксенакис создавал архитектурные проекты на базе тех же математических средств и алгоритмов (теория вероятностей, цепи Маркова и Булевы алгебры), что и свои музыкальные композиции, имеющие совершенно особое звучание.  Одно из его самых знаменитых произведений «Метастазис» начинается медленно нарастающим звучанием струнных (глиссандо). Партитура композиции легла в основу каркаса павильона фирмы Филипс для Международной выставки в Брюселле (1958). Таким образом математика, шествуя долгим и тернистым путём сквозь дебри нотного текста, обрела своё воплощение в архитектуре.

Я с надеждой смотрю в будущее и вижу, как последователи Ксенакиса пишут музыку, которая одновременно подсчитывает сумму налогов и указывает, где надо вести новое городское строительство. Пока же, признаюсь, я бы не решился войти в дом, сделанный по тем же чертежам, что и музыка, которую в последнее время мне довелось слышать.
Композитор Игорь Стравинский

Партитура сочинения Метастазис

Партитура сочинения Метастазис

А вы
ноктюрн сыграть
могли бы
на флейте водосточных труб?
В.Маяковский

Скульптор Аннет Пауль (Annette Paul) и проектировщики Кристоф Росснер(Christoph Rosner) и Андре Темпель (Andre Tempel) практически смогли :) В Дрездене (Германия) в районе New Town они удивительным образом оформили фасад здания Kunsthofpassage Funnel Wall, который в народе называют «Поющим домом.» По всей плоскости фасада сложным образом распределены и скомбинированы трубы и воронки водостоков, стилизованные под духовые инструменты. Во время дождя, текущая  с крыши, вода исполняет «мелодию». За счёт разного диаметра элементов звук стука воды о жесть имеет разную тональность. Музыкой это можно назвать с натяжкой, но чудесный замысел притягивает к «поющему дому» большое количество туристов.

Kunsthofpassage Funnel Wall

Kunsthofpassage Funnel Wall

Говорить о музыке — всё равно,что танцевать об архитекутре.
Авторство приписывают Фрэнку Заппе

Мало того, что дома поют, открою вам секрет — они еще и танцуют. В 1996 в Праге (Чехия) хорватским архитектором Владом Милуничем (Vlado Milunić) в содружестве с канадским архитектором Фрэнком Гери (Frank Gehry) был создан «Танцующий дом». Постройка выполнена в стиле деконструктивизма и была вдохновлена изумительными и чувственными танцами голливудского дуэта Джинджер Роджерс и Фреда Астера (Ginger Rogers and Fred Astaire). Одна часть здания, расширяющаяся кверху, символизирует мужскую фигуру, а вторая — женскую, с тонкой талией и развевающимся в танце платьем. «Джинджер и Фред» выражает экспрессию музыки, танца и движения. Глядя на фото, я так и слышу «Cheek to Cheek», прозвучавшую в фильме «Цилиндр» («Top Hat» 1935).

Ginger and Fred

Ginger and Fred

Отдельной темой для разговора является архитектура для музыки, под которой подразумевается строительство специализированных зданий концертных залов. Большую роль играет разработка внешнего облика сооружения, который должен волновать и притягивать, но первостепенным является стремление к созданию благоприятных акустических свойств. Ведь концертный зал, по сути, сам является музыкальным инструментом, передавая музыкальные волны от исполнителя к слушателю, и доскональное его проектирование архиважно при исполнении произведений. Акустическое  проектирование залов основано на грамотном объемно-пространственном и конструктивно-отделочном решении (выборе объёма, формы и пропорций помещения, применении звукоотражающих и звукопоглощающих материалов).Тонкостями акустических расчётов занимается одна из старейших научных дисциплин — архитектурная акустика.

Carnegie Hall

Carnegie Hall

Здание Концертного зала имени Уолта Диснея (Walt Disney Concert Hall), построенное Фрэнком Гери в Лос-Анджелесе, стало одной из лучших и сложных акустических площадок мира.  Футуристичная постройка, облицованная нержавеющей сталью, напоминает фантастический корабль, который переносит публику и музыкантов в параллельную вселенную, наполненную музыкальной гармонией. Над созданием акустики, которая теперь считается образцовой, трудились японские специалисты, приглашённые архитектором. Зал, вмещающий в себя более двух тысяч слушателей, отделан панелями из натурального красного дерева

Концертный зал имени Уолта Диснея в Лос-Анджелесе, США

Концертный зал имени Уолта Диснея в Лос-Анджелесе, США

Особое место здесь занимает орган с необычным дизайном, выполненный в виде пучка из шести тысяч трубок разной высоты и диаметра, установленных под разным углом, над которым Гэри работал совместно с звуковым проектировщиком Мануэлем Розалесом. Настройка органа заняла целый год. Говорят, после  первой репетиции музыкальный директор Салонен обернулся к, сидящему в  зале, Фрэнку Гери и сказал:«Мы остаёмся здесь», чем очень растрогал 70-летнего архитектора. После окончания строительства в 2003 году, первый концерт в новом концертном зале состоялся только через полгода. Всё это время музыканты филармонии привыкали к необычной обстановке. Теперь здесь проводятся концерты  классической и джазовой музыки.

Концертный зал имени Уолта Диснея в Лос-Анджелесе, США

Концертный зал имени Уолта Диснея в Лос-Анджелесе, США

А теперь перенесёмся в Каталонию и посетим Дворец каталонской музыки (Palau de la Música Catalana), который был построен в Барселоне в 1908 году в стиле модерн по проекту архитектора Луиса Доменека и Монтанера (Lluis Domenech i Montaner). Внесённое в список наследия ЮНЕСКО, это здание является одним из знаменитейших концертных залов мира.  На богато декорированном главном фасаде над колоннами входа располагаются бюсты Джованни Пьерлуиджи да Палестрина, Баха, Бетховена и Вагнера. На углу здания — скульптурная аллегория каталонской музыки, выполненная скульптором Мигелем Блэем.

Дворец каталонской музыки (Palau de la Música Catalana)

Дворец каталонской музыки (Palau de la Música Catalana)

Сам концертный зал, вмещающий более двух тысяч человек, является единственным залом в Европе с естественным освещением — потолок и стены выполнены в виде красочных витражей. Декоративное убранство так же включает скульптурные композиции, олицетворяющие полёт валькирий из оперы Вагнера. Несмотря на такое нетипичное строение и обильный декор концертного зала, акустика, по словам посетителей, здесь идеальная. В год этот концертный зал собирает около полумиллиона посетителей. Сейчас во дворце проходят концерты камерной и симфонической музыки, шоу фламенко, фестивали джаза и концерты каталонской песни. Здесь неоднократно выступала  Монсеррат Кабалье.

Дворец каталонской музыки (Palau de la Música Catalana)

Дворец каталонской музыки (Palau de la Música Catalana)

«Архитектура — это застывшая музыка». Для меня это высказывание звучит, как аксиома…. Связь между архитектурой и музыкой существует на тонком и неуловимом эмоциональном интуитивном уровне, который не объяснишь словами… Связь, созданная образами, гармоничными по своей природе, пульсирующими и затрагивающими потаённые струны души, сотканными из метафор, аллегорий и символов. Не смотря на это, статья вышла похожей на доказательство теоремы, где последним пунктом мы  получаем золотой треугольник  Архитектура — Математика — Музыка, в котором математика является связующим звеном, превращая музыку в архитектуру, а архитектуру в музыку… ч.т.д.

P.S. Заинтересовавшимся темой советую прочесть данные материалы:
Галеев Б.М. «О романтической синестезии «Музыка-Архитектура»:от Шеллинга до Гёте, и далее без остановок»
Нелли Бондарь «Музыка и Архитектура:Художественный образ и язык как объект компаративистики»
В.Г. Власов «Архитектура — застывшая музыка или движущаяся мелодия?»